Великолепие парусов многократно усиливалось за счет контраста, создаваемого безупречно синим цветом, в который был окрашен корпус корабля, и подобного которому, как представлялось, не существовало даже в природе, — столь насыщенным, столь чарующим он был. Это было удивительное сочетание сильных, чистых и глубоких цветов. Казалось, что красивый, более того, идеальный корабль просто не может иметь других цветов, будто это единственное их верное сочетание. Но только ли это восхищает взоры? Только ли паруса и цвет корпуса корабля создают полную картину его величия? Нет, не только. Виду парусника добавляет особенную прелесть, делает картину завершенной его свечение в золотых лучах солнца, переливающихся в нежнейшей лазури глади океана, озаряющих «Бесстрашный» во всем его великолепии, делая общую палитру безупречной и совершенно неповторимой. Он будто бы передвигался над самой поверхностью воды, подгоняемый не ветром, а полновесными солнечными лучами, наполняющими его паруса. Оторвать взор от этого зрелища было просто невозможно, разум попадал в плен, насыщаясь всем этим непередаваемым великолепием.
«Бесстрашный» был построен семь лет назад по специальному заказу с применением самых современных технологий, делающих его уникальным судном. Этот корабль был неповторим во всем: начиная с технических решений, использованных при его постройке, и заканчивая красотой, чарующей взоры тех, кому посчастливилось его увидеть, особенно во всей его прелести, когда, как сейчас, он плавно перемещается по волнам, распустив свои крылья-паруса. У него не было ни единого конкурента, так как ни одного даже отдаленно схожего судна просто не существовало на всем белом свете. Длина его корпуса составляла 90 метров — чуть меньше длины футбольного поля, а ширина — 12 метров, что чуть больше размеров футбольных ворот. При таких пропорциях очертаниями «Бесстрашный» напоминал волшебную стрелу, грациозную и стремительную. Остов корпуса состоял из невероятно прочного и легкого сплава различных металлов и был обшит древесиной твердых пород, обработанной специальным покрытием, предохраняющим ее от влаги и соли. Общая конструкция корпуса была чрезвычайно прочна и устойчива к износу, представляя собой надежное пристанище для экипажа в суровых и неприветливых условиях, которые постоянно сопровождают моряков в их нелегком деле.
Корабль был способен идти не только под парусами, но и за счет атомного двигателя (при этом сворачивались паруса и опускались мачты), который разгонял его до ста морских узлов или же ста восьмидесяти пяти километров в час — невообразимая скорость для любых парусных, а также практически для всех других типов судов. При таком способе движения «Бесстрашный» превращался в литой снаряд, который, словно молния, способен был, сверкая, быстро преодолевать огромные расстояния. Атомный двигатель на подобных судах, то есть на парусниках, был установлен впервые, — что, кстати, сделало «Бесстрашный» уникальным, — но это было предпринято не по необходимости (точнее, необходимости в этом совсем не было), а ради интересного эксперимента, тем более что это был подарок одного из лучших друзей капитана корабля. Атомный двигатель обладал рядом преимуществ: неисчерпаемость энергии, компактность, надежность — при этом он отличался непревзойденной системой радиационной защиты, которая исключала всякую опасность загрязнения окружающей среды.
Установленные на «Бесстрашном» системы навигации и зондирования толщи воды исключали вероятность его столкновения с любыми объектами, как надводными, так и подводными, что было чрезвычайно важно при движении в ночное время. На борту корабля имелся батискаф, который использовался для изучения подводного мира на тех глубинах, которые были недоступны другим исследовательским аппаратам. Дно Марианской впадины оказалось тем пределом, которого достигал батискаф «Бесстрашного». Но это объяснялось не его ограниченными возможностями, а тем, что Марианская впадина — самое глубокое место на нашей планете.
В трюме корабля находилась капсула безопасности, которая, при возникновении аварийной ситуации на борту, могла вместить весь экипаж — для каждого его члена предназначалось удобное место — и в которой имелся необходимый запас провизии и питьевой воды. Корпус этой капсулы был практически несокрушим, ни один шторм или ураган не мог бы причинить ей никакого вреда, даже если бы ее швыряло на каменные склоны гор, спускавшиеся в глубину прибрежных вод, или на рифы. Единственное, что могло бы доставить неудобства пассажирам капсулы при таких обстоятельствах, это безумная качка, когда все переворачивается с ног на голову и обратно, и так много-много раз в течение длительного времени, пока не утихнет непогода, — но этим вряд ли можно напугать настоящих моряков, людей, привыкших к любой качке и не испытывающих даже намека на морскую болезнь.
Установленные в спасательной капсуле автономные системы жизнеобеспечения были способны поддерживать внутри нее условия, необходимые для жизни человека. Капсула была снабжена двигателем и системами навигации, а также устройством для передачи непрерывного сигнала SOS. В ней пассажирам не могла грозить никакая опасность, и им оставалось бы только ждать, когда их найдут и окажут им помощь.
Итак, «Бесстрашный» возвращался в родную гавань, и в ее направлении отважные моряки, истосковавшиеся по родным и близким, устремляли не только взоры. Возвращение домой после удачного странствия — это всегда радостное событие для всех без исключения членов экипажа, и они его предвкушали с приятным волнением. Между тем каждый матрос и член научной команды занимался каким-то делом, не желая томиться без работы, так как это помогало не замечать времени, которое тянулось как резиновое, все сильнее растягиваясь и замедляясь по мере приближения к желанной цели. Дорога домой всегда бывает длинной, потому что очень хочется поскорее оказаться в отчем крае, но минуты тянутся, будто бы отдаляя радостный момент для того, чтобы потом люди могли сильнее порадоваться, увидев родных и близких, которые встречают их дома. Океан, ветер, сам корабль звучали как музыкальные инструменты, каждый на свой лад, вместе составляя оркестр, приятнее игры которого не существовало для моряков. Легкое гудение туго натянутых, наполненных ветром парусов, скрип такелажа, натянутого по всей длине корабля наподобие струн волшебной арфы, шум волн, ласкающих борта, свистящие напевы легкого ветра — вот те, но далеко не все, восхитительные звуки, слившиеся в красивую романтическую мелодию, которая ласкала слух и наполняла сердца членов экипажа добрыми чувствами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
